Бои за Курск

 

    19 июня (2 июля) 1919 года, генерал-лейтенант Деникин А.И. отдал директиву, получившую название "Московской", в которой говорилось:

"Имея целью захват сердца России, Москвы, приказываю: (опускаются пункты, касающиеся Кавказской Добровольческой и Донской армий)

Генералу Май-Маевскому наступать на Москву в направлении Курск - Орел - Тула".

Время перехода в наступление не указывалось.

    Но вот уже середина августа, а Добровольческий корпус ведет бои на тех же местах, в то время как Кавказская Добровольческая армия (Барона Врангеля П.Н.) наступает на север от Царицына, а на левом фланге 10 (23) августа взята Одесса, 17-го (30) - Киев, и фронт протянулся до польской границы.  Правда, на участке Добровольческого корпуса сдержан удар 13-й и 14-й красных армий. Но за недели сравнительного затишья большевики время не теряли и приложили все усилия, чтобы привести в порядок остатки своих разбитых и деморализованных частей. Была объявлена мобилизация с 18 до 45-летнего возраста всего мужского населения всей прифронтовой полосы шириной в 50 верст и произведена переброска частей с Северного и Восточного фронтов. Вся Москва увешена плакатами типа "Все на борьбу с Деникиным!".

 А для стойкости этих войск повсюду были вкраплены отряды матросов, латышей, курсантов и добровольцев коммунистов. Для борьбы с дезертирством организованы небольшие, но хорошо вооруженные специальные заградительные отряды. Результатом всех этих действий стало то, что перед фронтом 1-го Добровольческого корпуса вновь созданы крупные боевые единицы. Противник был готов к наступлению. К концу августа фронт Добровольческого корпуса оказался значительно удлиненным не только к западу, но и к востоку: была добавлена полоса шириною до 50 верст по обе стороны линии Валуйки - Елец. И в этих условиях первый корпус добровольческой армии медленно, словно локомотив от станции, двинулся вперед! …

      .... Зависший над налитым «золотом» полем пшеницы, жаворонок завел уже свою прощальную трель. Осень неумолимо приближалась к этим благодатным русским полям черноземья, волею Божьей превращенным в плацдармы. По пыльной, но еще не раскаленной августовским солнцем дороге, к городку с железнодорожной станцией Ржава, не спеша, стекались батальонные колонны 2-го генерала Маркова полка, первого армейского корпуса.

 Накануне, на станцию Ржава, влетел лёгкий бронепоезд «Офицер» и навел такого фурора, что большевики драпанули на север к Курску так быстро, что городок остался не прикрытым абсолютно. Едва спохватившись, два красных бронепоезда, № 98 «Советская Россия» и № 38 «1-й Черноморский» (наиболее мощный из пяти действующих на этом направлении красных бронепоездов) попытались вернуться. Но были встречены огнем первого взвода, первой генерала Маркова лёгкой батареи у деревни Сараевка, в 14 верстах от Ржавы . Потеряв трубу на одном из паровозов и две бронеплощадки, бронепоезда отошли к разъезду Ельниково. А к так позорно брошенному железнодорожному узлу красное командование бросило одну из бригад 9-ой курской стрелковой дивизии РККА начдива Орлова. 

И в то же время, пока добровольцы-марковцы наслаждались одной из последних песен жаворонка, к Ржаве устремились батальоны товарища Орлова с артиллерией и кавалерией.

 ... Прапорщик Баранов, вскинув молодую, вихрастую голову вверх, снял фуражку и вытер пот со лба . До Ржавы еще версты две.  Солнце еще как следует жарить не начало, а жажда уже замучила. Но впереди, в полях, появился колодец. Бойцы оживились. Вода! Прапорщик улыбнулся, натянул на вихры фуражку, и молодым задорным речитативом скомандовал: «Ротааа! Шагоммм, ..арршш!» И, предчувствуя удовольствие у колодца, пара сотен сапог и обмоток дружно ударила в пыль дороги. «Раз! Раз! Раз-два-три!» - чеканил Баранов. Рота ускорилась... И тут, над головами , словно низко летящие шмели, в сторону колодца с характерным шипением пронеслись тяжелые шрапнельные снаряды с батареи. 

Через минуту там, на севере, с сухим шлепком разорвались шрапнели. В небе появились характерные серо-голубые облачка. Минута-две.. и снова сухие шлепки. «Красные!»- мелькает в голове у прапорщика. И уже летит команда батальонного  командира: «Батальон! Поротно! В цепь! Первая-вторая рота в голове, третья в резерве! Маршш!» Баранов едва открыл рот, чтобы продублировать команду, а рота уже из походной колонны вытягивалась в цепь. Прапорщик, захлебнувшись и едва не споткнувшись, придерживая левой рукой саблю, вылетел на левый  фланг своей роты. Бросив взгляд вправо — изумился! Батальон, еще пару минут назад спешивший к едва замаячившему на горизонте колодцу, вытянулся в цепь и четко, соблюдая дистанцию, так же чеканя шаг, развернувшись, двинулся на пока еще не видимого врага. «Ать, ать! Ать-два, ать-два..»- стучало в голове прапорщика. Но бойцы и так бодро шагали вперед. В небе разорвалась шрапнель. По земле застучали стальные «иголки». Кто-то в цепи упал. «Заметили-гады!» - мелькнуло в голове, но рота шла вперед. Еще разрыв. Опять «железный град», рота шагает. Вдруг, там впереди, едва различимые фигурки. Тоже кричат Ура!, тоже по-русски матерятся, но что-то не так? Что?- мелькает в голове? Красные тряпки! Да, над цепью противника какие-то куски красной материи.

 Баранов невольно бросает взгляд на центр своей цепи. Там, в центре, шагает их знаменосец. Знаменосец их батальона. Старый фельдфебель Черпаков, прошедший еще русско-турецкую войну. Черпаков, с полным бантом солдатских «Георгиев», крепко сжимает узловатыми пальцами древко с черным полотнищем и белым (косым) андреевским крестом на нем. Под православным крестом навершия. «Ать, ать! Ать-два, ать-два-три ...»! - уже кричит Баранов. Рота с шага переходит на бег. С плеча на перевес перехватываются винтовки. Уррааа! Разносится над цепью добровольцев. Сто-восемьдесят-тридцать шагов...! большевики все ближе. Тоже Ура! Зубы до скрипа, до искры - сжаты. Сабля вылетает из ножен и призыв, едва вырвавшись из уст, гаснет в воздухе. Перед лицом прапорщика штык! На автомате - уход в лево (уклонение). Гардой - (какая там гарда у пехотной сабли?)- увод цевья винтовки в сторону от себя. Выпад! Удар на отмашь.

 И... широкое, красное, крестьянское лицо с большим носом (картошкой) и окладистой бородой словно лопается пополам. Широкий рубиновый, почти фиолетовый шрам, ползет по лицу мужика, деля его пополам. Из раны начинает пульсировать кровь, а винтовка сразу теряет уверенность и вяло утыкается в землю. Мужик падает на колени. А прапорщик, выдернув саблю из раны врага, защищается от другого штыка с права. Еще удар! Выстрел револьвера, не весь откуда появившейся в руке. Опять кто-то валится. Еще выстрел, сабельный удар и … красные бегут. Опять серо-голубой разрыв в небе. Красные лупят по полю. По нашей цепи  и по своим тоже. Сыпет на землю шрапнель, как горох, стон раненых, залпы винтовок. « Рота-а-а! Вперед марш-марш!» - орет Баранов.

 Но бойцам не нужна команда. Все они прошли долгую школу войны. Опрокинув врага, они не отпустят! Марш-марш! Вперед и в верх а там......!

Полчаса и все кончено. Красных нет. Их батареи молчат. А заветный колодец уже далеко за спиной.

Атаки и на других участках отбиты. Красные бегут, бросая пушки и пулеметы. А в голове прапорщика все звучит и звучит: «Вперед! Вперед на Москву!» ...

***

    Отыграли очередной эпизод русской гражданской войны. Играли на очень умеренные 1000 кредитов. Армии были не большие И это понятно. Жарко, долго играть сложно. Предполагался встречный бой за три контрольные точки ( с лева на право: Колодец, ж/д стрелка и брошенная трёхдюймовка). Как уже понятно из репортажа, белые победили. Причем победили без вариантов не просто захватили все три точки, но и полностью уничтожили врага, захватив богатые трофеи. Красные выставили  три батальона пехоты, два из которых были элитными (моряки и латыши). Один эскадрон кавалерии с тачанкой (казаки, не самые дешевые войска). Одна гаубица и одна трехдюймовка. У белых было два "цветных" марковских батальона и два новобранческих пехотных, с пулеметами и двумя гаубицами. Красные действовали не плохо. Может быть через чур рьяно, лишив свою артиллерию возможности вести огонь слишком быстро сблизившись с противником. Они сами лишили себя поддержки артиллерией. Все их атаки были отбиты, а решительный натиск марковцев из второй линии решил все в пользу белых. Полная и безоговорочная победа добровольцев.

   И ведь и не придерешься. Вроде и стол (красные строили) и карты в их руках были? Но результат на столе, на все понадобилось 6 ходов. Сыграли довольно быстро и весело. 

   Нет, правда очень здорово сыграли. Атмосфера- почти семейная, правила знают все. Да и действовали красные не плохо, разве только чересчур прытко. Может это их и сгубило?

Ну, что ни говори, сыграли, результат известен, а я все пложу и пложу себе "кровников" - шутка! Осталось лишь сказать, что за красных сегодня играли Саша Чередниченко и Юра Боярин, а за наших, ну в смысле белях, Ваш покорный слуга. Ну, а у меня, пожалуй, на сегодня всё!

Спасибо, что зашли, прочли и прокомментировали.