Bolt Action -II редакция

 

Бои под Бердичевом в июле 1941 года.

        Погода жаркая. Все на пляж, а мы в клуб - любимое хобби не отпускает. Встретился за игровым столом с новым игроком, Даней Герасимовым.

 Ну, новый-то он для меня, а вообще он уже давно играет по правилам «Bolt Action». Встретились и сразу «зарубились» аж на 2000 кредитов. Даня весьма приятный молодой человек и, как показала игра, очень способный игрок. Он очень хотел попробовать большой формат на большом столе, ну а я - сыграть с новым игроком. Как обычно, я подготовил сценарий на основе реальных событий, происходивших в эти самые жаркие дни июля, только в 1941 году. Выбрали юго-западный фронт, бои на Украине, контрудар 16-го мех. корпуса под Бердичевым. Нашел карту 1942 года этого района, сократил её до размеров нашего стола. 

 

Забегая вперёд, скажу, что игра удалась. Схватка была впечатляющая и никто не хотел уступать. Но, обо всем по порядку. Как обычно, немного истории.

Краткая историческая справка на 07 — 12 июля 1941 года

на Юго-западном направлении.

     К началу 1941-го года в Бердичеве было 22 школы с 9600 учащимися, 17 медицинских учреждений, были крупные промышленные предприятия и в их числе механический завод «Прогресс», Бердичевский кожевенный завод, обувная фабрика, предприятия лёгкой и пищевой промышленности. В городе проживало тогда 73 тысячи жителей (для сравнения, в Киеве тогда проживало 712 тысяч человек).

7 июля 1941 года 11-я танковая дивизия Вермахта (Людвига Крювеля) вошла в город Бердичев. 

Командир 16-го мехкорпуса РККА (комдив Соколов Александр Дмитриевич) в это время следовал на автомобиле в Казатин, что в тридцати километрах на юго-восток от Бердичева. Узнав о захвате Бердичева, Соколов связался с генерал-полковником Кирпоносом (командующий Юго-Западным фронтом), от которого получил устный приказ: подчинять себе все войска, находившиеся на этом направлении. Собственно, так возникла в штабных документах разного уровня «Группа войск комдива Соколова».

 

Комдив Соколов подчинил себе 213-ю моторизованную дивизию (полковник Осьминский), два артиллерийских дивизиона и отряд из 15-го мехкорпуса. С этими силами (и со своим корпусом, конечно) Александр Дмитриевич двинулся на Бердичев. По пути встретили остатки 8-го мехкорпуса, узнав о прорыве немцев, генерал-лейтенант Рябышев занял оборону (по договоренности с Соколовым). Днем 8 июля 1941 года, после артиллерийской подготовки, 42 танка пошли в атаку. Серьезную помощь оказали 6 зенитных орудий, выдвинутых на прямую наводку. Танкисты смогли прорваться к аэродрому, но немцы нанесли встречный танковый удар по отряду подполковника Турбина (командир 87-го танкового полка). На помощь пришли танки КВ, в одном из которых был лично комдив Соколов. Контратака была отбита. Аэродром остался за нашими войсками. Ночью командир корпуса перегруппировал свои силы, теперь уже действуя совместно с группой генерала Огурцова. Ранним утром в Бердичев с юга ворвался танковый огнеметный батальон капитана Крепчука из 44-й танковой дивизии, а следом сводная рота танков КВ и Т-34 из 10-й танковой дивизии, за ними шли другие подразделения 16-го мехкорпуса. 11-я танковая дивизия Вермахта предприняла контратаку. После ожесточенного боя, под воздействием противотанковой артиллерии противника, пришлось отойти. При этом уничтожили 18 танков гитлеровцев. Генерал-полковник Кирпонос усилил группу Соколова 3-й противотанковой бригадой полковника Турбина. В 8 часов утра 10 июля 1941 года Бердичев атаковали уже с трех сторон, с Юго-востока, Юга и Юго-запада (кстати, еще и при поддержке бронепоезда НКВД). Бой проходил с переменным успехом, потери у немцев были большие, но и наши потери были велики. Атаку продолжили и 11 июля. К вечеру обстановка резко ухудшилась, дело в том, что остатки 4-го механизированного и 49-го стрелковых корпусов были вынуждены отойти на Янушполь, тем самым оголив фланг группы комдива Соколова. Штаб фронта направил на помощь Соколову танковый полк, удалось вновь ворваться в Бердичев и вновь отход, из-за артиллерии противника. Группа генерала Огурцова в составе 10-й, 37-й танковых, арт.бригады (по факту 2,5 дивизиона) 44-го моторизованного полка, ударили из района Семеновки. Под нажимом уже двух групп, немецкая пехота с артиллерией начали отходить, удалось занять ипподром и военный городок. 12 июля к Соколову дополнительно прибыл 368-й инженерный батальон, и кавполк из 3-й кавалерийской дивизии. Тем не менее, на следующее утро, во избежание окружения, был получен приказ штаба Юго-Западного фронта на отход. Этим бои под Бердичевым и закончились.

P.S. Но уже в следующем месяце, в августе 1941 года при попытке прорыва из уманского котла, комдив Соколов А.Д. был ранен и попал в плен. Умер от последствий ранения в плену 17 августа 1941 года.

Это всё в июле 1941 года было. А вот как прошел бой у нас.

***

..... Пятый день непрерывных боев за Бердичев (районный центр Житомирской области Украины), начался как и четыре предыдущие. Утром, по сигналу красной ракеты, танки и пехота из группы комдива Соколова вновь пошли в атаку на город в надежде отбить его у врага. На этот раз перед наступающими были кирпичные здания, вернее то, что от них осталось, бывшего военного городка на Красной горке города. Рота капитана Карпушова при поддержке танков и миномётов из состава 16-го механизированного корпуса шла в авангарде. Наступали повзводно. На левом фланге, почти по самому берегу реки Гнилопяти, батарея тяжёлых минометов и взвод лейтенанта Мамедова. В центре остатки противотанковой батареи и взвод младшего лейтенанта Филипчука. Справа, практически от КП комдива Соколова, танки и взвод лейтенанта Ефремова. Атака развивалась бодро. Под громогласное ура бойцы преодолели треть расстояния до дымившихся от предыдущих боёв и занятых противником бывших казарм военного городка. Всё шло по плану. 

Но стоило передовым отрядам достичь невидимой черты, определённой врагом, как рубеж открытия огня, руины ожили. Шквал пулемётного огня, огонь вражеской тяжелой артиллерии и танки. Из города надвигались танки противника. Но шли они не по полю, как следовало бы, а атаковали наш левый фланг из городских кварталов. Из района старой крепости к самолетному ангару. Взвод Мамедова едва успел занять ангар и наспех организовать там оборону.

 Для отражения вражеской танковой атаки на левый фланг спешно были переброшены остатки батареи сорокапяток (одно орудие) и бронеавтомобиль полковой разведки (БА-10). Общими усилиями атака немцев была остановлена. Запылал броневик противника и один из вражеских  танков. Причем танк был уничтожен героическими усилиями пехоты, буквально забросавшего врага гранатами.

Противник остановился, приступив к методичному обстрелу ангара. Закрепившись в старой цитадели, немцы выжидали. Но спокойно ждать у врага не получилось. Батарея тяжелых минометов довольно быстро нащупала цели в замке. И приступила к методичной зачистке крепостных сооружений. Немцы заметно нервничали.

       На противоположном фланге нашу танковую атаку остановила тяжелая гаубица врага. Ведя огонь прямой наводкой, но на довольно большом расстоянии, противник всё же успешно заставил остановиться два наших танка из трёх. А вскоре, третий танк получил прямое попадание тяжелого снаряда и был подбит. Взвод Ефремова, начавший атаку довольно бодро, так же потерял скорость наступления. Сам лейтенант был убит. А его солдаты прижаты к земле пулемётами и артиллерией противника. Не достигнув поставленных целей (уничтожение артиллерии противника и подавления огневых точек) красноармейцы беспомощно лежали в украинском черноземе, лапая его руками, стараясь поглубже войти в него и тем самым спастись от огня неприятеля.

 Единственные, кто сдерживал противника на этом фланге, это расчет пулемета сержанта Ивакина и снайпер Бояков, охотник из Якутии. До поры до времени огонь винтовки и «Максима» удерживал врага от активных действий. В поддержку своей пехоте немцы бросили на этот фланг свой лёгкий танк. Но пришедшие в себя после гаубичного обстрела наши танкисты довольно быстро с ним справились. Впрочем, наша машина была обездвижена и в конечном итоге захвачена врагом.

        Хуже всего дело обстояло в центре. И так немногочисленный взвод младшего лейтенанта Филипчука, понесшего серьезные потери накануне, вынужден был атаковать в лоб тот самый пресловутый холм под названием «Красная горка». Атаковать был вынужден в одиночку. Так как единственная оставшаяся от батареи сорокапятка была срочно переброшена командованием на левый фланг для отражения танковой атаки противника. Филипчук довольно проворно пробрался к подбитому ещё десятого числа вражескому танку, устроив под ним свой импровизированный командный пункт и огневую позицию одновременно. Но, как только полтора десятка солдат его взвода поспешили за ним, из руин городка ударили немецкие пулемёты. Бойцы залегли. И такая картина была повсеместно.

       Проходили часы непрерывного боя, а ситуация на поле в корне не менялась. Противники с обеих сторон несли потери, но раз за разом поднимались в атаку. Отступать никто даже не думал. К 17:00 немцы потеряли все свои танки, а пехотные части - до 80% личного состава. Но артиллерия продолжала жить и наносить удар за ударом по нашим войскам. К тому же пулемёты врага буквально выкашивали наши стрелковые цепи. И, если немцы несли потери, хоть и громадные, но все же в процентах, то наши пехотные подразделения исчезали целиком. Так, к концу дня, из семи отделений роты Карпушова, боеспособным осталось только одно. Ещё одно было сильно потрёпано и прижато вражеским огнём на крайнем правом фланге. Все остальные попросту уничтожены. Погибли и все взводные командиры. Вот уж во истину: жизнь лейтенанта на войне не более двух часов. В распоряжении комдива еще оставались миномёты. Сорокапятка, БА-10 и пара танков. Правда, один из них был обездвижен в тылу у немцев и в результате с потерей поля боя тоже потерян. Был жив и якут Бояков. Но этих сил явно не доставало для продолжения атаки. Можно было еще держаться, но о наступлении просто забыть. Противник же, наоборот, потерял всю свою бронетехнику. Но сохранил артиллерию и немногочисленные отделения пехоты. Часть из них насчитывала буквально по одному бойцу, но высокая мораль вкупе с германским фанатизмом оставляла бойцов в строю. Эти-то отряды и пошли в конце дня в контр-наступление. Но к этому моменту Соколов уже отдал приказ на всеобщий отход. Так как общая обстановка к концу дня на фронте сильно изменилась. Противник потеснил соседей на флангах и 16-й мех. корпус рисковал оказаться в окружении.

     С тяжелым сердцем наши бойцы покидали свои позиции. Огромные потери, гибель товарищей и не выполнение задач тяготило. Впрочем, такая ситуация был характерна везде в те июльские дни сорок первого года.

***

       Вот, примерно так и сыграли! Очень интересная игра вышла. А главное, как по учебнику писаная. Я технически проиграл, так как играли за обладание тремя контрольными точками. Отыграли целых девять ходов и по результатам за Даней осталось две. Третья не принадлежала никому. Вернее, и мне и противнику. Вообще странная ситуация, но тем не менее. По потерянным подразделением почти паритет.

 В общем, довольно упорная борьба и, как результат, огромные потери. Но это то и интересно! Не смотря на поражение, я очень доволен. Сильный противник всегда приятно. Заставляет думать. Это вызов и я его принимаю. Очень надеюсь, что это не последняя игра с Даней и он вольется в наш крепкий коллектив как постоянный участник. Впрочем, лучше его послушать на этот счет. Ну, а я, пожалуй, завершу повествование на сегодня. Как обычно, поблагодарю Даню, Юру Боярина (призванного посредничать, а самого проведшего маленькую игру под шумок на соседнем столе). 

И это тоже здорово. Так же всех заглянувших к нам в клуб в столь жаркий выходной, ну и вас, дорогие читатели. За терпение, чтение и комментарии. На сем прощаюсь с вами, до новых встреч на страницах этого блога и пока!